Глобальный рынок энергоресурсов столкнулся с беспрецедентным вызовом: нефтеперерабатывающие заводы превратились в самое уязвимое звено мировой экономики. Как сообщает издание The Wall Street Journal (WSJ), опираясь на сведения Международного энергетического агентства (МЭА) и экспертные оценки, текущие военные конфликты на Украине и на Ближнем Востоке, сопровождающиеся прямыми атаками на промышленную инфраструктуру, спровоцировали резкое сокращение объемов поставок дизельного топлива из России и стран Персидского залива.
На протяжении последнего десятилетия государства Персидского залива и Россия направляли десятки миллиардов долларов в модернизацию и расширение своих мощностей. Результатом этого процесса стал двукратный рост экспорта дизельного топлива с Ближнего Востока в период с 2017 по 2025 год. В прошлом году этот регион сумел обойти Северную Америку, обеспечив 19% мирового рынка. Однако геополитическая нестабильность перечеркнула эти достижения. Обострение обстановки вокруг Ормузского пролива вынудило Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты и Ирак снизить объемы отгрузок, а атаки хуситов в Красном море ударили по экспортным маршрутам из Саудовской Аравии.
Согласно расчетам МЭА, объем дефицита поставок из Персидского залива в три раза превышает масштаб сокращения российского экспорта относительно доконфликтного уровня. Старший аналитик МЭА по нефтяному рынку Дэвид Мартин характеризует текущую ситуацию как формирование наиболее напряженного рынка дизеля за всю историю наблюдений. При этом, несмотря на заявления президента США Дональда Трампа о том, что основной причиной сбоев являются удары по российским НПЗ, данные МЭА подтверждают: ключевой удар по мировому балансу нанесло именно сокращение поставок с Ближнего Востока.
Последствия дефицита уже ощутимы в глобальном масштабе. В сентябре стоимость дизеля в США впервые преодолела отметку в 6 долларов за галлон, достигнув к 18 сентября 6,45 доллара. Топливный голод затронул и развивающегося регионы: в сельских районах Бразилии, Ливии и ряда стран Африки заправки столкнулись с нехваткой ресурса, так как растущие цены сделали импорт недоступным.
В сложившихся условиях США временно взяли на себя роль резервного поставщика нефтепродуктов. Тем не менее, внутри американского политического класса назревает конфликт интересов. Конгрессмен-республиканец Тим Берчетт и лидер сенатского большинства Джон Тьюн поддерживают идею ограничения экспорта для защиты внутреннего рынка перед промежуточными выборами в ноябре. Однако, по прогнозам WSJ, подобный протекционизм может спровоцировать новый виток роста цен в мире.
Проблема усугубляется системным кризисом перерабатывающих мощностей на Западе. На протяжении почти трех десятилетий крупные компании в Европе и США практически не строили новые НПЗ, а с 2015 года более десяти предприятий и вовсе прекратили работу. Те заводы, что остаются в строю, функционируют на пределе возможностей, вынужденно переключая производство с авиационного керосина и бензина на дизель, что не способно компенсировать глобальный дефицит. Единственным регионом со свободными мощностями остается Китай, однако пекинские компании намеренно ограничивают закупки сырья, чтобы избежать роста издержек и сохранить резервы.
Ситуация осложняется и внутренними мерами в ключевых странах. В России экспорт дизельного топлива находится под запретом с июля, а в сентябре правительство приняло решение продлить эти ограничения до конца октября ради защиты внутреннего потребителя.
Политический контекст также остается крайне напряженным. 13 сентября Дональд Трамп призвал Владимира Зеленского отказаться от атак на российские топливные объекты, заявив, что подобные действия наносят ущерб всему миру. На следующий день было объявлено о достижении договоренности между Россией и Украиной о взаимном прекращении ударов по энергетической инфраструктуре. В Кремле пресс-секретарь Дмитрий Песков назвал призыв Трампа к Киеву конструктивным, однако отметил, что украинская сторона все же попыталась атаковать один из российских энергообъектов сразу после заявления.
Ранее Владимир Путин подчеркивал, что атаки на промышленную инфраструктуру России наносят ущерб, но не имеют критического характера, а текущие трудности на топливном рынке являются временными. Президент РФ сообщил, что ремонт требуется лишь для 10% поврежденных предприятий и пообещал оперативно восстановить их работу.
